1. Краткая история топонима.

Село Гжель, расположенное на юго-востоке Московской области и давшее название всемирно известному промыслу впервые упоминается в духовной грамоте Ивана Даниловича Калиты 1328 года. «Се дал есмь сыну своему болшему Семену: Можаеск со всими волостьми, Коломну со всими Коломеньскими волостьми, Городенку, Мезыню, Песочну и Середокоротну, Похряне, Усгьмерьску, Брошевую, Гвоздну, Ивани деревни, Маковець, Левичин, Скулнев, Канев, Гжелю <…>». В этом документе название населенного пункта указано в родительном падеже от слова «Гжеля». В дальнейшем топоним Гжеля встречается довольно часто. Так в 1356 году в грамоте великого князя Иоанна Иоанновича упомянута «деревня Гжеля». В таком же варианте топоним встречается в завещании Димитрия Донского, написанного им в 1371 г. Ко времени создания духовной грамоты его сына – великого князя Московского Василия Димитриевича, в 1406 г., Гжель фактически показана уже центром некого прообраза волости: «да Гжеля со всеми деревнями, что к ней потягло».

Как волость Гжель впервые фигурирует в одном из завещаний царя и великого князя Иоанна Васильевича IV Грозного, датированном 1570-ми годами. Здесь перечислены волости Вохна, Гуслица и Гжель, причем Гжель писана уже в привычном нам виде (не Гжеля, не Гжели, а именно Гжель). В дозорных книгах Казенного Приказа за 7188 г. (1680) упоминается также и речка Гжелка: «в селе Гжели, на речке Гжелке, церковь Успения Пресвятыя Богородицы».

Таким образом, топоним Гжель, впервые появившийся в исторических документах в XIV веке, в течение 200 – 300 лет приобретает устойчивое современное написание, которое сохраняется и поныне.

2. Этимологические потуги.

Первые попытки исследовать происхождение топонима «Гжель», были предприняты в середине XIX века, так как уже тогда, на волне растущего интереса к самобытным российским традициям, это слово представляло определенную загадку для исследователей. Столкнувшись с трудностями в установлении прямых связей слова «Гжель» со словарем того времени, был предложен вариант, согласно которому основная форма деятельности Гжельской волости увязывалась с его названием. А так как при производстве фарфора и фаянса необходим обжиг, то с некоторой долей фантазии можно описать этот процесс как то, что керамические предметы «жгут». Дальше, согласно привычной схеме словообразования, обожженная посуда называлась «жгелью». (Например: капает – капель, трещит – трель, метет – метель и пр.) Отсюда один шаг до того, чтобы, поменяв две буквы местами, получить искомый результат. В издании 1877 года «Промыслы Московской губернии» Андрей Исаева читаем: «Посуду жгут, обжигают, отсюда всё производство названо жгелью, словом, обратившимся в гжель в силу свойства простолюдина переставлять согласные. Позднее, когда промысел получил особо важное значение и привлёк к себе большую часть местных рабочих рук, название производства было перенесено и на самый занятый им район». Необходимо отметить, что такая затейливая, и не представляющаяся убедительной, трактовка происхождения названия «Гжель» продолжает оставаться популярной и активно тиражируется.

Существует еще одна теория возникновения названия Гжель. Она базируется на якобы северном происхождении слова и выводит корни названия подмосковного села из балтийской гидронимики. В качестве примеров приводятся реки Агжелка в Приднестровье и Гжать в Смоленской области. Что касается последней, то в качестве дополнительного, вероятно, аргумента, приводится тот факт, что у реки Гжати есть приток Кзелка, что сопоставимо с названием Гжелка. Отсюда, надо полагать, предлагается сделать вывод о том, что селу Гжель дала название одноименная река. Эта версия содержится в Википедии. Логика довольно уязвимая, особенно учитывая то, что в документах топоним «Гжель» встречается на 300 лет раньше гидронима «Гжелка», тогда как, если бы «Гжель» была бы вторичной по отношению к «Гжелке», то должно было бы быть наоборот, или уж, по крайней мере, оба имени появились бы одновременно.

3. Мы пошли другим путем.

Приведенные попытки объяснить происхождение названия села Гжель (не лишенные, кстати, остроумия) все-таки не дают убедительный ответ на поставленный вопрос. Обе они имеют право на существование, и автор не ставит под сомнение ни одну из них. Однако, некоторые натяжки в обоих случаях очевидны, и это обстоятельство позволяет надеяться, что предложенное решение не окончательное и может быть подвергнуто ревизии.

Анализ определенного количества словарей результата не дает, так как в абсолютном большинстве случаев топоним «Гжель» трактуется через «Гжель» как собирательное понятие специфичной керамики, или как географический район, где эта керамика производится.

Этимологический словарь М. Фасмера содержит всего одно русское слово, начинающееся с «гж». Это «гжиголка» – трясогузка (со ссылкой на этимологические словари А. Преображенского 1910 года и Н. Горяева 1896 года). Здесь же помещается польское слово «gzegzelika» – кукушка. Но даже сам М. Фасмер выражает сомнение в родственности эти слов и заключает статью коротким «неясно». Заметим, что польская кукушка-гжегжелика выглядит довольно привлекательно в качестве родоначальника названия села. Кукушки в округе водились в большом количестве (пока окрестный лес не сожгли в горнах), а называть населенные пункты по часто встречающемуся зверью – довольно старая традиция. Мы уже не говорим о том, что само звучание слова «гжегжелика» довольно близко сегодняшней «гжели» и не нуждается в переставлении букв.

Следующий тип словарей был выбран исходя из того логического посыла, что корни слова «Гжель» должны лежать в до-монгольской эпохе, так как в 1328 году, как было показано, топоним уже существовал. Для этого были использованы, во-первых, «Академический словарь древнерусского языка» в десяти томах 1988 года под редакцией Р. И. Аванесова (наиболее авторитетное издание, вышедшее на закате СССР), а также «Полный церковно-славянский словарь» под ред. протоиерея Г. Дьяченко 1900 года, где содержится масса старых, вышедших из употребления слов. Слова «Гжель» и в этих изданиях не встречается.

4. Эврика!

Одним из наиболее ценных источников для изучения древнерусского языка является так называемое Остромирово Евангелие. Рукопись представляет собой хорошо сохранившийся пергаментный список Евангелия, выполненный диаконом Григорием по заказу новгородского посадника Остромира (в крещении Иосифа) в 1056 – 1058 г.г. Текст Остромирова Евангелия изучается на протяжении трех веков со времени обнаружения его в начале XVIII века, и дает бесценный материал исторического и филологического характера. Язык Остромирова Евангелия настолько уникален, что в конце XIX века группой историков был составлен словарь древнего славянского (даже не древнерусского!) языка, основанный на его тексте. Словарь был опубликован ограниченным тиражом в 1899 году. Оказалось, что в словаре наших далеких предков было значительно больше слов, начинающихся на «гж», нежели сегодня у нас. И слово «гжель» среди них также встречалось.

Согласно словарю, слово «гжель» редко употреблялось в единственном числе. Наиболее частой формой было слово «гжели», и означало оно «гусли». При этом «гжель» также имело место и означало «гусль». Кроме того существовало довольно большое количество однокоренных слов, что говорит о широком использовании термина. Гжельник – гусельник (изготовитель гуслей), гжлец – гусляр, гуслист (музыкант, играющий на гуслях), гжельнич – гуслярев (принадлежащий гусляру) и пр.

Заметим, что Остромирово Евангелие по своему объему и содержанию не имеет аналогов среди подлинных документов XI века, и сведения, содержащиеся в нем, скорее всего ревизии подвергнуты уже не будут.

Таким образом, мы можем предложить еще одну версию происхождения топонима «Гжель». И версия это представляется нам тем более правдоподобной, что, как известно, практически сразу за сегодняшней Гжельской округой, а в прошлом – Гжельской волостью, начинается местность, издревле именуемая Гуслицей, что полностью соответствует сделанным нами предположениям.

Интересно отметить, что этимология Гуслиц настолько очевидна, что тема это даже как-то и не обсуждается. Через волость протекает река Гуслица, в которой по преданию вымачивали особенным образом специально подготовленные липовые дощечки, из которых умельцы-гусляки делали звонкие гусли… А рядом находилась загадочная Гжель, через которую протекала река Гжелка, о названии которой определенного мнения не сложилось до сих пор.

Наше предположение сводится к тому, что Гжель с рекой Гжелкой, будучи почти тысячу лет назад полностью синонимичной с Гуслицами и рекой Гуслицей, представляла с последней единую округу, славившуюся производством гуслей, или, например, искусными гуслярами. Причем оба слова в те далекие времена употреблялись одновременно, однако какое-то различие в этих понятиях все же было. Не исключено также, что «гжели» были просто некой разновидностью «обычных» гуслей. Со временем по неизвестным причинам произошло разделение единой округи на две волости. Во всяком случае, в конце XVI века в завещании Иоанна IV упомянуты уже и Гжельская и Гуслицкая волости. И в дальнейшем слово «гжели» в значении «гусли» постепенно вышло из употребления, оставшись лишь в довольно странном для современного русского языка названии села и народного промысла.

Отметим также, что, несмотря на то, что в словаре Брокгауза и Ефрона в статье «Гжель» об этимологии этого топонима ничего не говорится, в статье «Гусли» прямо указывается на славянское значение слова «Гжель»:

«Древнеславянское слово «гжель» обозначает кифару, т. е. выражало собою, в начале средних веков, вообще понятие о струнных инструментах. От этого слова произошли современные названия: гусле – у сербов и болгар, gusle, guzia, gusli – у хорватов, gosle – у словенов, gusliс – у поляков, honsle у чехов и гусли у русских» .

Текст: В. В. Никонов по материалам доклада, прочитанного на IV-й Международной научно-практической коференции «Образование, наука, культура» (ноябрь 2012 года). Гжель 2012.

Фото с сайта http://www.gzhel.ru